|
|
- Предисловие - Тако да просветится свет ваш пред человеки - Грех раскола не искупается даже мученической кровью - Вынь прежде бревно из твоего глаза - Западом и наказывал, и накажет нас Господь - Будет воздвигнута новая Русь...
Будет воздвигнута новая Русь...
«На костях мучеников будет воздвигнута Русь новая, крепкая своей верою в Христа Бога и в Святую Троицу!» – это пророчество святого праведного Иоанна Кронштадтского не раз вспоминал Первосвятитель на своем многотрудном пути. На второй день после избрания Святейшего Алексия II на Патриаршество и уже под его председательством Поместный Собор прославил в лике святых Кронштадтского чудотворца. Духом Святым и соборным разумом Церкви совершается прославление праведников, но готовят канонизацию – молитвой, трудом, поиском, настойчивостью – ревнители памяти угодников Божиих. Мы знаем, как еще на Петербургской кафедре ревновал о памяти праведного Иоанна будущий Первосвятитель. После настолования новоизбранный Предстоятель Русской Церкви сказал:
Уже через несколько дней он в городе на Неве возглавлял празднование прославления духоносного пастыря из Кронштадта. Для Святейшего Патриарха это было долгожданное, им самим движимое к свершению чудо. Но затем начали сбываться чудеса нежданные: дивные обретения честных мощей преподобного Серафима Саровского и святого Патриарха Тихона... Всероссийский молитвенник, Всероссийский пастырь, Всероссийский печальник благословляли Первосвятителя на молитву, пастырство, печалование, и эти три священных делания стали основой его служения. Печалование за Церковь, за которое в 1985 году митрополит Алексий поплатился почетным изгнанием из Москвы, стало возможным для него в сане Первоиерарха. Наступало время вывести Матерь-Церковь из большевицких узилищ. Святейший Патриарх Алексий II первым из Предстоятелей Русской Церкви ХХ века получил относительную свободу действий – и ему удалось реально отделить Церковь от государства, то есть от насилий и контроля со стороны атеистических чиновников. Первосвятитель в категорической форме потребовал от СДР – и добился! – отмены регистрации священнослужителей. Затем он окончательно раскрепостил духовенство, ликвидировав его зависимость от «двадцатки», которую также назначал СДР. После этого можно было действительно свободно вершить церковное созидание. Уже в слове в день интронизации 10 июня 1990 года Святейший Патриарх намечает основные направления этого созидания: «Мы стоим на пороге третьего тысячелетия Пришествия в мир Господа нашего Иисуса Христа. В вихре совершающихся в мире перемен особенно важным представляется нам опора на вечное и незыблемое. Свое служение мы будем осуществлять, основываясь на Священном Предании, сохраняя верность догматам веры и церковным канонам, руководствуясь соборным разумом Церкви. Свою первоочередную задачу мы видим в укреплении внутренней, духоносной жизни Церкви. Многообразны средства для возрождения должного духовного состояния нашего христианского общества, опирающегося на древние традиции нашей Церкви. Мы уповаем на то, что боголюбивая паства будет исполнена стремления содействовать этому возрождению во славу Христа Спасителя и Его Святой Церкви. Достижению поставленных целей будет содействовать также управление церковной жизнью... Перед нами стоит великая задача широкого возрождения монашества, во все времена оказывавшего столь благотворное влияние на духовное и нравственное состояние всего общества... Во множестве восстанавливаются храмы, возвращаемые Церкви, и строятся новые. Этот радостный для нас процесс еще только развивается и потребует от всех нас многих трудов и материальных затрат. Памятуя о своей обязанности научить Истине Христовой и крестить во Имя Его, мы видим перед собой необозримое поле катехизаторской деятельности, включающей создание широкой сети воскресных школ для детей и для взрослых, обеспечение паствы и всего общества литературой, необходимой для христианского научения и духовного возрастания... Церковь наша – и мы это явственно видим – вступает на путь широкого общественного служения. На нее, как на хранительницу непреходящих духовных и нравственных ценностей, исторической памяти и культурного наследия, с надеждой взирает все наше общество. Ответить на это – наша историческая задача. Во времена трудных, судьбоносных преобразований в стране Церковь не остается безучастной свидетельницей происходящих событий – она поддерживает благие устремления нашего общества в решении нелегких задач построения жизни на началах законности и справедливости... Мы видим наш долг в развитии внутреннего миротворчества и общественного служения в свойственных Церкви формах, среди которых особое внимание будем уделять возобновлению служения милосердия и широкой благотворительности... Будучи многонациональной, Русская Православная Церковь... призвана врачевать раны, наносимые национальной рознью...» По сути – это не что иное, как стратегический план битвы с бездуховностью, в которую народ Божий на протяжении семидесяти лет ввергался большевицким режимом. А накануне 2000-летия Рождества Христова Первосвятитель привел статистику совершенного Русской Церковью в течение десятилетия по ряду пунктов этого плана. За бесстрастными цифрами, если вдуматься в их сущность, – деяния поистине колоссальные. Учреждены 62 новые архиерейские кафедры – 62 новых епископских диоцеза! Тот, кто знает духовный смысл и церковную миссию православной иерархии, поймет, что это означает. Края, куда, по выражению Первосвятителя, «никогда не ступала нога архиерея», получили полноценное архипастырское управление. Важнейшей частью церковного возрождения в России стало повсеместное восстановление монастырей, главных духовных центров Православия.
Святейший Патриарх Алексий За эти годы количество монастырей Русской Церкви возросло в 26 (!) раз: был 21 – стало 546. Среди восставших из поругания островов благодати великие обители российской Северной Фиваиды – Валаамский и Соловецкий монастыри. Святые отцы уподобляют монашествующих опорным жердям виноградника. Эти опоры сухи, сами они не приносят видимых плодов, но если убрать их – рухнут, пожелтеют, сгниют и умрут дотоле зеленевшие и плодоносившие виноградные лозы. Таков же и подвиг иноков, отрекшихся от счастья иметь семью и детей ради молитвы Всевышнему, – и без этого подвига увядает, разрушается и мертвеет народная жизнь. Не на экономике и политике держится этот мир – он стоит на молитве. Когда в мире оскудеет праведность и иссякнет молитвенное делание, Всевышнему больше нечего будет ждать от человечества: тогда наступит Страшный Суд, стихии, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят (2 Пет. 3, 10). Страшный Суд будет последним актом Милосердия Божия: оставлять духовно бесплодное человечество плодиться на земле – значит умножать поколения, обрекающие себя вечным адским пыткам. Однако мир еще стоит: значит, есть среди нас молитвенники, внимая которым, Всевышний долготерпит грехи наши и дает нам время на покаяние. Но молитва мирянина, обремененного житейской суетой, несравненно слабее молитвы инока, всецело посвятившего себя Господу. Такова роль монашествующих – «сухих столпов вселенной», и высший смысл монашеского делания – это подвиг, о котором сказал преподобный Силуан Афонский: «Молиться за весь мир – значит кровь проливать». С начала ХХ века в России внезапно «стали падать столпы духовные» – один за другим умирали знаменитые подвижники святых обителей. Так Господь забирал к Себе верных перед катастрофой 1917 года, попущенной за вероотступничество большинства высшего дворянско-интеллигентского слоя общества. По предстательству российских святых на Небесах и по молитвам верных на земле сегодня совершается величайшее чудо нашего времени – Второе Крещение Руси. Казавшийся духовно убитым народ воскресает в святой вере. Мы помним эти недавние тысячные толпы, эти многочасовые очереди у крещален, когда и молодые, и зрелые, и старые сыны и дочери прозревающего православного народа стремились к святой купели, чтобы воспринять духовное рождение во Христе Спасителе. Но чтобы это священное чудо вершилось повсюду на Русской земле, повсеместно нужны были священник и храм. Вот только большинство домов Божиих было разрушено богоборцами, и даже для многих восстановленных храмов пастырей поначалу взять было неоткуда. Отмечая «чрезвычайный объем задач по возрождению и архитектурному восстановлению храмов и обителей, возвращенных Церкви», Святейший Патриарх говорит: «Наша цель – не только реставрировать храмы, главное – реставрировать исковерканные человеческие души». Человеческая душа – вот настоящее поле битвы между добром и злом. Это единственное сокровище, за обладание которым борются Бог и диавол. Океаны и континенты, солнце и звезды, галактики и метагалактики падшего мира – все это материальный мусор, который Бог рано или поздно сожжет, как изношенную одежду, чтобы сотворить все новое (см.: Откр. 21, 5). Одна-единственная человеческая душа, душа каждого из нас, несравненно дороже всей видимой вселенной. В этом мире только душа человека имеет значение, ибо она бессмертна. Горе, бесконечное горе человеку, если он разменяет свое бессмертие на низкие страсти и похоти, денежные бумажки, автомобили и подобный этому тленный хлам. Если человек погубит себя, его вечные муки станут гнусным наслаждением для человекоубийцы-диавола. Если человек спасется, его счастливый свет усилит общее блаженство Небесного Царства. Для освящения и спасения, для той «реставрации исковерканных душ», о которой говорит Первосвятитель, необходима таинственная и благодатная красота храма Божия. Вспомним, как при святом равноапостольном князе Владимире русичи, побывавшие в Константинополе на богослужении в знаменитом храме святой Софии, говорили: «Пришли мы к грекам, и ввели они нас туда, где служат Богу своему, и не знаем – на Небе или на земле были мы. Нет такого вида и такой красоты на земле. Недоумеваем, как и рассказать о ней, только знаем, что там Бог пребывает с людьми и что служба их лучше, чем во всех странах. Не можем мы забыть этой красоты, и как всякий человек, вкусив сладкого, не принимает горького, так и мы не можем быть при здешнем невежестве». Так тысячу лет тому назад Божественная Истина Православия влекла к себе русские сердца Божественной красотой. Святые отцы называют храм Небом на земле – там человек действительно прикасается к Горнему Царству. В православном храме освящаются все наши чувства. Освящается зрение – созерцанием святых икон, с которых смотрят на нас Христос Господь, Пресвятая Богородица и Небесные наши покровители – угодники Божии. Освящается слух – звуками молитв и церковных песнопений. Освящается обоняние – благоуханными волнами фимиама. Наконец, в храме освящается все существо наше – Причащением Животворящих Таин Христовых, делающих человека родным Всевышнему. И без этого совершающегося только в храме величайшего Таинства, по свидетельству Самого Господа Спасителя, не может спастись ни один человек. Недаром благочестивые наши предки считали созидание храмов высшим родом милосердия – в таком деянии милость оказывается не смертным телам, а бессмертным человеческим душам. Когда Русская Православная Церковь начала возрождать свои святыни, сыскалось немало деятелей, с пафосом восклицавших: зачем, мол, церковники тратят такие средства на храмы в обнищавшей стране, лучше бы раздали эти средства нуждающимся. Эта лицемерная демагогия звучала в те годы, когда свора хищников безнаказанно грабила богатства державы, разваливала экономику, это их делами родина ввергалась в нищету. Вот так же, когда некая благочестивая женщина излила драгоценное миро на ноги Христа незадолго до Его Распятия, сетовал Иуда-предатель: дескать, зачем такое расточительство, лучше бы миро продать, а деньги раздать бедным. Кроме высшего, Небесного смысла в восстановлении храмов есть и экономическая прагматика. Если народ возродится в православных добродетелях созидания, братолюбия, милосердия, он сумеет восстановить страну и по заповеди Христовой накормить голодных, одеть нагих, приютить бездомных, защитить немощных стариков и детей-сирот, ныне оставленных реформаторами-экономистами в полном пренебрежении. По слову Первосвятителя, «в возрождении храмов мы видим путь к возрождению духовности и нравственности, которые необходимы сегодня всему нашему обществу». Особенно громко звучали нападки экономистов на Церковь в связи с восстановлением Храма Христа Спасителя: дескать, неуместна и не нужна такая церковная роскошь среди повсеместной разрухи. Но вот восстал Храм Христа Спасителя в прежней красоте – и теперь при одном взгляде на него в унылых, отчаявшихся сердцах пробуждается вера в Россию и стремление служить ей. Как и предупреждал в 1990 году Святейший Патриарх Алексий, восстановление храмов потребовало от Церкви огромного напряжения сил. Россия приняла на себя ответственность за долги бывшего СССР перед Западом и исправно выплачивает проценты по этим долгам иностранным ростовщикам. А долги бывшего СССР перед Церковью-мученицей, которую преступный режим залил кровью ее духовенства и мирян, в которой всеобщему разграблению и погрому подверглось священное достояние, создававшееся десятками поколений наших благочестивых предков, – об этих неоплатных долгах перед Матерью-Церковью никто вспоминать не пожелал. Нам вернули развалины храмов там, где они сохранились, и с ехидной усмешкой сказали: стройте. Стройте: без средств, без помощников, среди разоренной паствы, при утрате традиций церковной благотворительности. Так духовенство было отвлечено от миссии пастырского окормления, православного просвещения народа. Священники были превращены в строительных прорабов, архиереи – в побирушек, скитающихся по миру в поисках благотворительной помощи... Русская Церковь – справилась. За эти годы воссозданы и созданы многие тысячи храмов, и в них миллионы людей обретают утешение и духовную радость, устремляются к вечному спасению. Эти хождения Церкви по строительным мытарствам усугублялись тем, что почти каждую из руин, в которые были превращены дома Божии, приходилось брать с боем. Нашлось немало чиновников, продолжавших преступление большевизма – поругание святынь, всеми силами противившихся возвращению Церкви священного ее достояния. А вот, например, жители одного бедствующего российского городка сами признались: «Все беды наши – за то, что в храме у нас до сих пор размещается общежитие, храм до сих пор не возвратили Церкви». Соучастниками длящегося святотатства оказывались и музейщики – люди вроде бы культурные и высокообразованные, но упрямо не желающие понимать, что ставят себя в положение укрывателей награбленного большевиками, что пребывание домов Божиих в музейном плену – это их умерщвление. Святейший Патриарх говорит об этом сдержанно:
Поныне в музейном пленении остается множество святых икон, среди них – знаменитые чудотворные образа, некогда источавшие благодеяния всей Русской земле. Иконы – это благодатные «окна в Царство Божие», а не просто произведения искусства. Иконопись была подвигом, перед которым мастер-иконописец постился и взывал к Всевышнему о благословении на этот священный труд. Старинные иконы намолены: они таинственно вобрали в себя высоту помыслов, слезы умиления, любовь и доброту наших благочестивых предков. Держать святые иконы в холодных стенах музеев на потребу неверующим эстетам и любопытным зевакам – надругательство над подвигом создавших их иконописцев и над памятью предков наших. Место святых образов – в храмах Божиих, где они послужат просвещению, возвышению и спасению человеческих душ.
Грозной осенью 1993 года, когда Россия вновь была поставлена над пропастью гражданской войны и уже начала проливаться кровь, в Богоявленский Патриарший собор на время была возвращена одна из величайших святынь Православной Руси – Владимирская икона Божией Матери. Перед этим чудотворным образом, с древности хранившим Русскую землю от бедствий, молился Святейший Патриарх вместе с верующим народом – и в эти мгновения внезапно «наступила великая тишина»: прекратилась междоусобица. Но Первосвятитель не выдержал напряжения, и его увезли с сердечным приступом. Вскоре после трагедии прозвучало обращение Святейшего Патриарха к пастве российской:
Сейчас обсуждается возможность реституции культурных ценностей, вывезенных СССР из гитлеровской Германии после Победы в Великой Отечественной войне. Наверное, действительно нужно отдать немцам часть их исторического имущества (хотя гитлеровское нашествие стоило нашему народу не только ценностей культуры, но и миллионов погибших; одна Белоруссия потеряла тогда треть населения). Но при этом о необходимости другой реституции никто даже не упоминает. Большевики, ограбив Церковь, вагонами вывозили ее достояние на Запад, тогда цивилизованные страны также выступили в роли скупщиков украденного преступным режимом. В западных музеях и частных коллекциях не счесть старинных русских икон, нашими святынями переполнены западные антикварные магазины, и до сих пор продолжается святотатственная контрабанда. Здесь речь не только о культурном, а о духовном и священном наследии народа: кто подумает о возвращении его на Родину? Много, очень много успела сделать Русская Церковь за это десятилетие. Но до сих пор огромные области Русской земли остаются духовной пустыней. Там, где нет храмов, приходов и некому указать людям ясный путь во Христе, многие продолжают блуждать во тьме, погрязая в болоте уныния или порока. А некоторые, лишенные возможности припасть к чистому роднику Православия, пьют из отравленных источников фальшивой духовности, рекламируемой заезжими сектантами. Так продолжают гибнуть души сынов и дочерей нашего народа. Вспоминая о древних апостольских странствиях, Церковь пытается найти подобные же средства для того, чтобы донести до духовно обездоленных краев Свет Христов. «К сожалению, положение таково, что многие наши соотечественники, желающие принять Святое Крещение, остаются некрещеными из-за отдаленности ближайшего храма на десятки или сотни километров. Недавно я освятил первый миссионерский храм-вагон, сооруженный при участии министра путей сообщения и предназначенный для совершения богослужений в отдаленных районах нашей страны, где храмы были либо порушены, либо – в новых советских городах и поселках – и не могли быть построены». Святейший Патриарх Алексий Проблема храмоздательства была (и остается) не единственной и даже не самой острой проблемой Русской Церкви – для тысяч новосозданных приходов нужны были священники: и для того, чтобы были возрождены или заново построены храмы, и – еще более – для того, чтобы в этих храмах совершались богослужения и Таинства, чтобы люди не сиротствовали без пастырского окормления. Жестокий кадровый голод Церкви оборачивался духовным голодом народа. В начале восстановления церковной жизни в Патриархию сыпались отчаянные рапорты архиереев: «Уже рукоположили во священный сан всех церковных сторожей, посвящать более некого». Некоторые архипастыри в то время нарушали апостольское правило: «рук ни на кого не возлагать поспешно» – рукополагали ставленников, проверяя лишь знание ими богослужебных уставов, без тщательного духовного рассмотрения их качеств, чтобы сиротствующие православные общины получили хотя бы требоисполнителей, за каковых, как известно, в храме служат Ангелы Божии. Ответом Церкви на насущную нужду в духовенстве стало создание системы духовного образования и для будущих священнослужителей, и для мирян всех возрастов. Святейший Патриарх приводит статистику достигнутого в создании очагов православного образования и просвещения:
Первосвятитель вспоминает, каковы были Духовные школы в 40–50-х годах ХХ века, где преподавали претерпевшие лагерную каторгу исповедники, и призывает нынешних воспитателей духовенства следовать их примеру:
До сих пор в епархиях Русской Церкви не хватает более семи тысяч священнослужителей, многие пастыри несут тяжелейшее бремя – окормляют одновременно по три-четыре прихода. Но Святейший Патриарх уже говорит о том, что народу нужны не только служители алтаря, а пастыри высокообразованные:
Поприще священнослужителя – совершителя Божественных Таинств и пастыря человеческих душ – неизмеримо выше любого человеческого призвания, ибо деятели политики и экономики занимаются делами преходящего мира, а священник призван вести людей в вечность Божию. И Святейший Патриарх напоминает духовенству о Небесной высоте и величайшей ответственности его звания: «Служение у престола Божия – это не обычная мирская работа, а подвиг... Священник должен быть учителем покаяния, носителем благодати и живым доказательством неотступного пребывания Бога в мире. Более того, священник должен быть не только учителем святости, но и свидетелем и в значительной степени носителем света и святости, живой иконой, образом Бога. И особенно это необходимо сейчас, в наше смутное и лукавое время, когда во всем мире планомерно совершается девальвация нравственности, духовных ценностей, когда происходит деградация высоких человеческих идеалов и стремлений... Задача духовенства – стоять на «Божественной страже», защищать верующих от тех, кто глумится над святостью, от лжеучителей, сектантов и раскольников, обличать неправду и зло, исповедовать истину, творить добро. Духоносное духовенство, святое священство должно стать удерживающим (2 Фес. 2, 7), препятствующим полному торжеству бесстыдства и не дающим окончательно воцариться безбожному антихристу... Самонаблюдение, самоанализ, самоосуждение, самоукорение должны быть ежедневным занятием пастыря. Борьба с искушениями и страстями, глубоко коренящимися в душе, непрестанный плач о грехах постепенно порождают духовную опытность, знание, видение, состояние своей души, а следовательно, и души каждого человека. Без аскетического покаянного подвига священник постепенно теряет благодатную силу. Потому-то Апостол Павел и призывает постоянно возгревать данную в рукоположении благодать...
Этот обращенный к духовенству призыв к высочайшему подвигу святости звучит в стране, которую пытаются низвести до крайних степеней нравственной деградации. Кто-то из журналистов заметил: «В больном обществе не может быть здоровой Церкви». Но так ли? Конечно, Един Безгрешен – Господь Иисус Христос, а земные люди в любом звании порой падают, и в наше смутное время случалось, что священники и даже архиереи совершали ошибки и грехи. Антицерковно настроенные СМИ тут же отслеживали подобные явления и раздували вокруг них грандиозные скандалы, силясь оттолкнуть народ от Церкви посредством аргумента большевицкой пропаганды: поп плох – значит, вера плоха. Но святость Церкви не означает непогрешимости всех ее служителей. Еще святитель Феофан Затворник говорил: «Если бы благодать священства избирала только достойных, некому было бы крестить и причащать мирян». Однако ныне нашим взорам явлено еще одно чудо. В больном обществе, зачастую наспех рукоположенные, обремененные не свойственными их званию строительными тяготами – большинство священнослужителей Русской Церкви оказались на высоте своего священного служения. «В эти трудные годы наше духовенство, за редчайшими исключениями, оказалось достойным своего высокого пастырского звания... Архипастыри, пастыри, миряне стали ревностно трудиться над воссозданием полнокровной церковной жизни. При этом абсолютное большинство священнослужителей явило необычайную мудрость, выносливость, стойкость в вере, преданность Святому Православию. Тем прискорбнее наблюдать участившиеся нападки на архиереев и пастырей в некоторых средствах массовой информации, идущие в том числе от людей, считающих себя православными... Недостаток благоговейного отношения к начальствующим и старшим – насущная и тяжелая проблема. Недопонимание значения церковной иерархии, имеющей Божественное установление, порой приводит клирика или монашествующего к опасному расхождению с каноническим правом, к гибельному для души состоянию». Святейший Патриарх Алексий Уважение паствы к пастырям, пастырей – к архипастырям предписано незыблемыми канонами Православия, утвержденными на Вселенских Соборах. Святитель Иоанн Златоуст говорит: «Мы обязаны пастырям несравненно более, чем нашим плотским отцам, потому что эти рождают нас для мира и для жизни с миром, а те – для Неба и для Вечной жизни с Богом». Тот, кто пытается расшатать богоустановленную иерархию Православной Церкви, как бы таковой себя ни называл, на деле является противником святой веры. На рубеже тысячелетия Первосвятитель говорит о наступлении «нового этапа возрождения православной церковности», сосредоточении сил уже не на строительстве каменных храмов, а на созидании живых храмов человеческих душ.
Святейший Патриарх Алексий Нужно сказать, что большинству православных общин еще очень и очень далеко до «роскошных стен» и «комфортабельных домов». Силы Церкви по-прежнему невелики, а лепты ее составляются в основном из лепт вдовицы – даяний, мягко говоря, весьма небогатой паствы. Но и при такой скудости Церковь достигает успехов в насущном деле православного образования, обозначаемом полузабытым многими словом «катехизация». К счастью, прошли те времена, когда верующие должны были от руки переписывать Евангелие, вынуждены были, рискуя попасть в заключение, размножать на пишущих машинках православный самиздат. Людям стали доступны не только Библия и Молитвослов, но и вся сокровищница Священного Предания. Накануне 2000-летия Рождества Христова Первосвятитель рассказывал о достижениях в этой сфере:
Но одновременно Святейший Патриарх с горечью констатировал:
Да, обращенный к народу голос Матери-Церкви перекрывается теми СМИ, которые занимаются развращением масс, а в отношении к Церкви продолжают линию воинствующего безбожия. Церковные средства информации лишь с очень большой натяжкой можно назвать массовыми, зачастую это малотиражные издания, распространяющиеся через приходские киоски. А аморально-антицерковные СМИ действительно могущественны – за ними не только коммерческая спекуляция на низких пороках, но еще и мощная финансовая подпитка от так называемых олигархов и из иных источников. Пользуясь недостатком сил у Церкви, эти источники бездуховности с помощью осуществляемой ими тотальной пропаганды безнравственности успели нанести страшный ущерб душам российской молодежи. Те же силы, которые нацелены на растление молодежи и всего народа России, стоят за упорным сопротивлением присутствию Церкви в школе, куда одновременно активнейшим образом внедряются поистине убийственные программы полового воспитания, сайентологов и пр. Всяческая мерзость, которая вливается в незащищенные души детей и подростков с телеэкранов и видеокассет, с газетных и журнальных полос, дополняется превращением системы школьного образования в источник нравственной скверны. В результате выросло поколение, которое может стать окончательно потерянным для Бога и родины. «Самое большое наше упущение относится к подросткам и молодежи... Мы теряем, а может быть, уже потеряли самое важное звено самого активного населения. Мы опираемся на наших прихожан, людей старшего или среднего возраста, а молодежь проходит мимо Церкви... Молодежь требует особого пастырского попечения, ибо она наиболее подвержена воздействию негативных, часто разлагающих форм современной массовой культуры... Статистический рост наркомании и алкоголизма среди молодых людей свидетельствует о духовном вакууме, царящем в их душах. Упустим еще несколько поколений, не создадим у них нравственного иммунитета, не возродим во всех душах веры и любви, искания правды Божией – и не будет России на свете». Святейший Патриарх Алексий Вместо обещанного политиками расцвета рыночной экономики в России ударными темпами была создана мощная индустрия пропаганды аморализма. «Воспитание» подрастающего поколения шло на фильмах, превозносящих наживу, насилие и разврат, а дополнялось воспитанием в подъездах и подворотнях, где действовали наркодельцы и вербовщики криминальных группировок. Что могла в то время противопоставить Церковь этой глобальной атаке темных сил на юные души? Еще храмы лежали в руинах, еще катастрофически не хватало священников. На целый город подчас был всего один пастырь, а то и ни одного (во многих местах так и поныне), а соблазны подстерегали подростков на каждом шагу. Большевизм самым жестоким образом преследовал попытки православного воспитания детей даже их собственными родителями, не говоря уже о воспитании церковном. Традиционную для православной России систему воскресных школ нужно было создавать с нуля: на это тоже необходимы были значительные средства, притом еще не было должного педагогического и организационного опыта. Но и эти тяжкие препоны Русская Церковь уже начала превозмогать.
Святейший Патриарх Алексий Те, кому Церковь успела дать духовно-нравственную опору, становятся надеждой отечества. О воспитанниках воскресных школ Первосвятитель говорит: «Мы смотрим на их чистые лица и понимаем, что они – будущее Церкви, будущее лицо России». Не только к детям и молодежи, но ко всем поколениям, ко всем слоям и группам общества, ко всем – юным и престарелым, политическим лидерам и безработным, богачам и бомжам, здоровым и инвалидам, чистым и осквернившимся, порядочным и преступным, ко всем и каждому в отдельности должна Церковь обращать спасительную проповедь Слова Божия. Как бы ни было мало сил и средств, долг Церкви – та «молекулярная работа по освящению и христианизации мира», о которой говорит Святейший Патриарх. Матерь-Церковь не имеет права забывать ни об одном из заблудших детей своих. Каждая человеческая душа – это бесценное сокровище вечности, и долг Церкви Христовой – всеми силами стараться помочь каждому человеку спасти его бессмертную душу.
Святейший Патриарх Алексий На необозримой и нераспаханной ниве Божией в великом и неподъемном труде православного просвещения народа духовенству нужны, насущно необходимы соратники и сподвижники: талантливые православные миряне, православная интеллигенция. К сожалению, просвещение Светом Христовым самой российской интеллигенции оказалось одной из сложнейших задач Церкви. При духовном раскрепощении России поначалу казалось, что большинство интеллигентов оправдают свое высокое звание – «люди разума» – и чистосердечно устремятся к Божественной Истине, хранящейся в Церкви Христовой. К сожалению, для многих этот интерес к Православию оказался поверхностной «религиозной модой», от которой они впоследствии с легкостью отреклись в погоне за новомодными интеллектуальными миражами, а некоторые даже оказались в рядах противников Церкви.
Святейший Патриарх Алексий Те, чей духовный поиск сводился к использованию церковной символики, посещению концертов православной музыки и чтению сомнительной религиозно-философской литературы, по большей части были людьми, называющими себя интеллигентами. После их оттока из храмов один журналист заметил язвительно: «Роман интеллигенции с Церковью закончился». К счастью, это не так. Ушли те, кто искренний поиск Высшей Истины подменил романом и модой. Ушли гордецы, не пожелавшие смириться перед Светом Христова Православия. Те, кто не пожелал остаться в Церкви или вовсе не захотел приближаться к ней, не были настоящими интеллигентами – «людьми разума». Отсеялся слой, для определения которого А. И. Солженицын предложил точный термин – «образованщина». В вероотступнические времена совершилась подмена смысла великих понятий: просвещение и образование. ОБРАЗОВАН ТОТ, КТО ИМЕЕТ ОБРАЗ БОЖИЙ. ПРОСВЕЩЕН ТОТ, КТО СТЯЖАЛ СВЕТ ХРИСТОВ. А сейчас просвещенностью и образованностью зачастую называют неразборчивое приобретение разного рода сведений, порой бесполезных, а нередко и вредоносных. Широта кругозора полезна, но полезна она лишь тому, кто обладает единым на потребу – живым и деятельным знанием о Христе Господе, ведущим в Вечную жизнь. Те, кто подменяет стремление к Высшей Истине пустым любопытством ко всяческим «интересненьким» и по большей части ядовитым, душетленным «интеллектуальным лакомствам», не могут быть по-настоящему просвещены и образованы: это – образованщина. В Российской Империи слой образованщины разрастался с XVIII века. От увлечения кощунственными писаниями французских энциклопедистов эта разлагающаяся «мыслящая голова» России перешла к материализму и разрушительным революционным теориям, а часть этой «головы» в то же время «богоискательствовала» вне Православия, предаваясь оккультизму, спиритизму, теософии и прочим формам духовного блуда. Революционная часть образованщины всеми силами стремилась вовлечь в свое безумие народ и именно ею было спровоцирована катастрофа 1917 года. В канун большевицкой революции святой праведный Иоанн Кронштадтский прямо указывал на тех, кто толкал Россию в бездну: «Царство Русское колеблется, шатается, близко к падению. Отчего же столь великое, бывшее столь твердым, могущественным и славным прежде Царство Русское ныне так расслаблено, обессилено, унизилось, всколебалось? Оттого, что оно сошло с твердой и непоколебимой основы истинной веры, и в большинстве интеллигенции отпало от Бога, Который один есть непоколебимая во веки вечная держава... Безумны и жалки интеллигенты наши, утратившие по своему легкомыслию и недомыслию веру отцов своих, веру, эту твердую опору жизни нашей во всех скорбях и бедах, этот якорь твердый и верный, на котором незыблемо держится жизнь наша среди бурь житейских и отечество наше!.. Вы с высоты ваших кафедр презрительно отнеслись к Господу Богу Вседержителю, не замечая, что погибель ваша не дремала. Я не пророк, но предупреждаю вас, что вы все будете стерты с лица земли Правосудием Божиим». Предсказанное Кронштадтским пастырем исполнилось: Россию постигло чудовищное бедствие, а ее интеллигентский слой был частично уничтожен большевиками, частично – выброшен из отечества в эмиграцию. Этот жестокий урок истории не понят или забыт. Нынешняя российская образованщина, как и ее предшественники начала ХХ века, становится в ряды губителей Родины. Большевики стремились превратить культуру в «авангард идеологического фронта». Талантливым людям предлагалось создавать произведения конъюнктурные, воспевающие большевицкую революцию, пропагандирующие идеи КПСС и т. п. Конъюнктура была легчайшим путем к выходу в свет книги или фильма, известности, званиям, лауреатству, деньгам и подобным благам. Находилось немало таких, кто продавал свой талант на потребу режиму, хотя таковыми были далеко не все деятели литературы и искусства советских времен. Российская псевдодемократия породила новый вид конъюнктуры, каковой стали порнография и боевики – пропаганда разврата и насилия. Такой антикультуре ныне предоставляется зеленая улица, авторы и исполнители ее получают огромные гонорары, рекламируются в качестве корифеев искусства или звезд шоу-бизнеса. Так российская образованщина снова становится «авангардом идеологического фронта», только на сей раз «фронт» этот ориентирован не на строительство безбожного рая на земле, а на развращение и полное уничтожение народа. Некоторые из этих душерастлителей талантливы, но тем хуже и для соблазняемых ими людей, и для них самих. О тех, кто кощунственно употребляет данный Всевышним творческий дар во зло, звучат строгие слова Святейшего Патриарха:
Небесный Отец дарует человеку талант, чтобы он служил добру, нес людям просвещение, поучение, эстетическую и духовную радость. Это высокое дарование, но и высочайшая ответственность. Господь наш Иисус Христос предрекает геенну огненную, вечный плач и скрежет зубов тем, кто просто зароет свой талант в землю, то есть оставит его без употребления. Какая же страшная участь в вечности ждет тех, кто обращает свой талант против Всевышнего Дародателя, сеет на земле гибельные семена порока? В наши дни остросовременное звучание приобрела басня великого русского писателя И. А. Крылова «Сочинитель и разбойник». В ней описано, как рядом мучаются в преисподней некий уголовный преступник и писатель, «человек творческой профессии», причем страдания последнего оказываются несравненно горше. Писатель жалуется на несправедливость загробной кары: мол, ему приходится хуже, чем бандиту и убийце, а он ведь только писал книги, «славой он наполнил свет, и ежели писал немножко вольно, то слишком уж наказан больно». Ответом на эти сетования становятся страшные слова: ...Ты ль Провидению пеняешь? Даже в советские времена, под гнетом большевицкой цензуры, творческие люди России умудрялись хранить и развивать великие традиции классической русской культуры. Эта преемственность – в именах Георгия Свиридова, Василия Шукшина, Павла Корина, Андрея Тарковского, Галины Каревой, Николая Рубцова и многих других; и в наши дни настоящие произведения литературы и искусства создает в основном старшее поколение. Но истинная культура в России сейчас умерщвляется методично и планомерно: не получает финансирования, не находит издателей и продюсеров, не имеет доступа в СМИ. Это еще одна боль Церкви, ибо великая русская культура была рождена и пронизана православной духовностью и утрата ее традиций – еще один удар по душе народа. «Важнейшая задача видится нам в сохранении высокого строя русской культуры, укорененной в традиционных ценностях, дающей людям подступы к пониманию истинного смысла жизни, к источнику ее незамутненной красоты. Церковь никогда не чуждалась человеческого творчества. Наоборот, именно она стала благодатной колыбелью, в которой воспитывалась отечественная культурная традиция. В сокровищницу мировой культуры навсегда вошли шедевры древнерусской и классической русской литературы, исполненные душевного тепла и светлой гармонии музыкальные произведения, шедевры иконописи и архитектуры. И сегодня, когда отечественную культуру пытаются уничтожить и разрушить, все трудящиеся в области церковных художеств, богословской науки, православной литературы и музыки не должны забывать о своей великой ответственности перед Церковью Божией – хранительницей дивного духовного наследия Святой Руси». Святейший Патриарх Алексий Всем, чем может, прежде всего – своим влиянием, Церковь старается поддержать истинную культуру России. Первосвятитель Русской Церкви постоянно встречается с творческими людьми, посещает концерты и выставки, благословляет такие начинания, как конкурс русского романса и т. п. Очень показательно, что именно лучшая часть нынешней российской интеллигенции, в том числе деятели культуры, тянется к Церкви.
Святейший Патриарх Алексий Историю СССР нельзя и невозможно рисовать только черными красками: одним из несомненных достижений прежнего нашего государства было создание надежной системы социальной защиты – бесплатная медицина, охрана материнства и детства, детские дома, дома для престарелых и инвалидов, гарантия достаточных для прокормления пенсий по нетрудоспособности и старости. Адепты псевдодемократической шоковой терапии разрушили эту систему, оставив беззащитных на произвол судьбы – в нищете и ужасе, не предложив ничего взамен. При этом лжедемократы, стремящиеся отделить Церковь не только от государства, но и от общества, упрямо отторгали ее от кровного церковного дела: милосердия, организации благотворительной помощи обездоленным. В православной России издревле народ предпочитал оказывать помощь нуждающимся через чистые руки Матери-Церкви – это гарантия, что деньги, предназначенные для страждущих, не расхитят люди с сожженной совестью. В современной России подобные преступления сделались типичными: в руководстве ряда благотворительных фондов и учреждений оказались хищники, жиреющие на слезах стариков, инвалидов и сирот, разворовавшие даяния добрых людей. Были случаи еще страшнее. СМИ организовали громогласную рекламу некоему директору детского дома, выставляя его педагогом-новатором, создавшим «цивилизованный рай» для воспитанников. На поверку этот деятель оказался маньяком-педофилом и садистом, использовавшим свое положение для надругательства над беззащитными сиротами. И притом что существуют подобные явления, Церковь упорно отстраняли от благотворительных проектов, оставляя ей только право благословения. Право это совсем не безопасное. Увы! Не все архиереи обладают даром прозорливости, не все умеют читать мысли собеседника. Приходит человек и говорит, что хочет сделать доброе дело, – как отказать такому в благословении? А если он впоследствии оказывается аферистом, СМИ тотчас раздувают антицерковный скандал: зачем, мол, такого благословляли? Только в самое последнее время благодаря усилиям Патриарха и Священноначалия Церковь приобретает, наконец, право реального участия в светских благотворительных акциях. А пока Первосвятитель призывает верных делиться с неимущими теми скудными средствами, которыми располагают приходы.
Церковь добивается для себя права участия в добрых делах и призывает всех политических и общественных деятелей к сотрудничеству. Участие Церкви освящает благие начинания, придает им твердый духовный фундамент, без этого – очень часто сбывается по изречению: «благими намерениями вымощена дорога в ад». Сферу взаимодействия с государством и обществом Святейший Патриарх считает одной из важнейших. Позиция Предстоятеля Русской Церкви здесь предельно ясная и четкая.
Со времен собирания Русской земли и вплоть до большевицкого переворота Православная Церковь являлась и духовным, и мощнейшим державным оплотом Российского государства. Не понимать этого может только невежда в истории. Крах большевизма, просуществовавшего всего 70 лет (срок по историческим меркам мизерный), имел главной своей причиной бездуховность режима. Новые попытки построить государство, используя для создания его нравственного фундамента некие духовные фальсификации, для России гибельны. В условиях нынешнего развала государственной власти, если она собирается выполнять свой долг заботы о народе, сотрудничество с Церковью жизненно необходимо.
Святейший Патриарх Алексий Русская Церковь не собиралась и не собирается вмешиваться в политику, рассуждать об экономических и административных проектах. Но страдания народа, ввергаемого в нищету, обкрадываемого, терзаемого преступностью, – это не политика. Социальные эксперименты на народных слезах и крови – это не политика. Совершающееся при попустительстве власти целенаправленное развращение общества, подрыв всех нравственных устоев народной жизни, ведущее к деградации и вымиранию народа – это не политика. Молчать о подобном беззаконии в законе Матерь-Церковь не имеет права. Напоминанием об ответственности перед Богом, людьми и историей еще в 1992 году прозвучали обращенные к власть имущим строгие слова Святейшего Патриарха:
В 1997 году антирусские силы предприняли попытку принизить Святую Церковь и закрепить в России религиозный беспредел – возможность для любой заезжей секты насиловать душу народа. Когда Государственная Дума приняла закон «О свободе совести», крайне либеральный в отношении к иностранным проповедникам, но все же приемлемый для Русской Церкви, раздались крики о том, что акт этот якобы нарушает религиозные свободы. Запад дошел до шантажа и угроз в адрес России, грубого политического давления и вмешательства во внутренние дела страны. США пригрозили прекратить оказание России финансовой помощи в случае, если этот закон будет введен в действие. Между тем в самих западных странах действует достаточно жесткое законодательство в религиозных вопросах: такие действия сект, как вмешательство в личную жизнь, вторжение в семьи, хождение по частным квартирам, преследование политических целей, подкуп государственных чиновников, использование гипноза и психотропных средств и т. п., там пресекаются. А России выкручивали руки, навязывая ей свободу религиозного беззакония. Президент Б. Н. Ельцин поддался шантажу и наложил вето на документ, уже принятый российскими законодателями. Духовного насилия над народом Церковь терпеть не могла. Святейший Патриарх выступил с заявлением, выдержанном в характерном для него стиле спокойной твердости.
Святейший Патриарх Алексий Заявление Первосвятителя возымело действие. Президент счел за благо прислушаться к голосу Церкви, устами которой говорит православный народ, и закон подписал. Святейший Патриарх выразил свое удовлетворение этим, не забыв поблагодарить главу государства за то, что тот решился-таки сделать доброе дело:
Религиозный беспредел в России стал причиной неисчислимого множества человеческих трагедий. Главари деструктивных сект, владеющие изощренными методиками насилия над личностью, разрушали семьи, вселяли ненависть между родителями и детьми, понуждали зомбированных людей продавать свои квартиры и все имущество, превращали их в сборщиков милостыни для секты или просто в рабов. Особенно много было превращенных в зомби психически искалеченных подростков, юношей и девушек, которых сектанты заставляли покидать родительские дома. К несчастью, подобные преступления вершатся и в наши дни. А тех, кто стал жертвой творившегося при попустительстве властей сектантского беспредела, теперь вынуждена врачевать Церковь. «Важным направлением православной миссии остается реабилитация жертв нетрадиционных религий и сект – работают реабилитационные центры в Москве и ряде других епархий, куда обращаются люди, пострадавшие от сект, и получают помощь и поддержку». Святейший Патриарх Алексий Возвышая голос по поводу подобных нетерпимых явлений, Церковь стремилась отнюдь не к дешевой славе, не к обличительству, а к достижению благого взаимопонимания с государственной властью. Народ сердцем почувствовал в Святейшем Патриархе своего печальника, ходатая о нуждах народных. Не будучи политиком, Первосвятитель имеет высшие рейтинги доверия. Академик Г. В. Осипов свидетельствует: «При опросах общественного мнения респонденты неизменно называют Патриарха Алексия II одним из немногих лидеров страны, пользующихся доверием абсолютного большинства населения». С таким влиянием Предстоятеля Церкви политики не могли не считаться. Но сближение с ним, продиктованное для некоторых затаенным политическим расчетом, обернулось для многих осмыслением и преображением их деятельности. Человек, какие бы высокие посты он ни занимал, остается человеком – с живой душой, желающей понимания и тепла, способной внимать добру. А Святейший Патриарх к людям власти относится так же, как ко всем, – с пастырским стремлением увидеть лучшее в каждом человеке и надеяться на его возрастание. Те, кто имел счастье общаться с Первосвятителем, знают, каково обаяние его личности, сочетающей смиренную доброжелательность с духовной силой, каков исходящий от него свет искренней христианской любви к каждому. «Возрастание лучшего» в собственных душах власть имущих необходимо им, чтобы понять: власть – не способ удовлетворения личных амбиций, а крест и подвиг служения народу и отечеству. Те государственные деятели, в ком жива совесть, способны внимать словам Первосвятителя.
Святейший Патриарх Алексий В последние годы в политических кругах России медленно, но неуклонно растет понимание значения Православия для возрождения страны, все больше государственных деятелей проявляют благожелательность к Церкви. В этом понимании – надежда Государства Российского. Благодаря таким государственным мужам Церковь расширяет насущные свои права на просвещение и милосердие. В год 2000-летия Рождества Христова Первосвятитель сказал о ныне достигнутом состоянии церковно-государственных отношений.
Святейший Патриарх Алексий Отмечая как радостное событие начало диалога с Министерством образования и введение в некоторых школах предмета «основы православной культуры», Первосвятитель констатирует: «Опыт показывает, что в наше время духовно-нравственное воспитание немыслимо без сотрудничества Церкви со светской системой образования». Положение детей в России – катастрофично. Юные души получают не воспитание, а антивоспитание – через осуществляемую СМИ тотальную пропаганду аморальности, через разъедающую общество атмосферу вседозволенности. Подростки массово пополняют группы риска: становятся наркоманами, вовлекаются в преступные группировки, становятся жертвами торговцев детским телом. Будущее России гибнет у нас на глазах. ВОСПИТАТЬ, СПАСТИ ДЕТЕЙ НЫНЕ МОЖЕТ ТОЛЬКО ЦЕРКОВЬ – нужно совсем не иметь разума, чтобы не видеть этого. Но находится немало политических, педагогических и прочих деятелей, которые яростно противятся приходу Церкви в школы – деянию, могущему стать спасительным для отечества.
Святейший Патриарх Алексий Надо уповать на то, что Церковь добьется и этого судьбоносного, насущного права – защищать юные души от пагубы. Упование это укрепляют явственные благие перемены в образе государственной власти и еще более – в просветлении облика народа. Ныне Первосвятитель обращает к нам слова надежды и призыв к христианскому мужеству.
Святейший Патриарх Алексий
|